В Казахстане идет обсуждение проекта Кодекса о недрах и недропользовании

Государство заявляет об упрощении процедур, а недропользователи между тем опасаются увеличения финансовой нагрузки на сектор.

Месяца два назад активное обсуждение законопроекта прошло в Мажилисе с участием представителей Министерства по инвестициям и развитию, Ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий, специалисты горнорудных и геологоразведочных компаний.

По информации разработчиков документа, в новом Кодексе предлагается максимально упростить процедуры для недропользователей и инвесторов. Планируется ввести предоставление права недропользования по упрощенному порядку на основе австралийского метода «первый пришел - первый получил». Также будет исключен государственный контроль закупа товаров, работ и услуг недропользователями, отменят и требования по местному содержанию, исходя из условий ВТО. Есть предложения и в части налогообложения, сделок, правовой стороны и других вопросов. Каждый из них требует тщательного обсуждения, чтобы при принятии закона были учтены все плюсы и минусы, считают участники отрасли.

Но есть один пункт, на который следует обратить внимание, это  разрешительный режим и право государства блокировать сделки по отчуждению права недропользования. Как пояснил вице-министр по инвестициям и развитию Альберт Рау, право государство блокировать сделки, если это связано с национальной безопасностью, сохраняется. При этом обсуждаются спорные моменты по поводу приоритетного права государства быть участником сделки. Сейчас вопросы его отмены предполагается решить путем замещения на право государства блокировать любую сделку по примеру стран ОЭСР.

Поднимался также вопрос необходимости приоритетности прав госкомпаний в сфере добычи твердых полезных ископаемых. Как заявил по этому поводу исполнительный директор АГМП Николай Радостовец: «Мы против особых статусов!»  С ним солидарен и юрист компании «White & Case» Тимур Одилов, заявив, что любое привилегированное положение мешает естественному развитию конкуренции. В связи с этим было предложено принять подход, не предусматривающий особого статуса для национальных компаний, учитывая лучшую мировую практику. Единственное исключение может быть сделано для «Казатомпрома», национальной компании в сфере добычи урана, так как это стратегическая сфера, и уран является специфическим, не биржевым товаром, то изучается вопрос о сохранении для нее особых положений.

 Дискуссии возникли и вокруг использования техногенных минеральных образований. Предполагается, что использование ТМО не будет признаваться недропользованием, а это означает, что оно не подпадает под регулирование будущего Кодекса о недрах. Образования предлагается передать в местные исполнительные органы, которым дается право выставлять ТМО на аукционы и продажи вместе с земельными участками лицам, которые желают их перерабатывать. Впрочем, и в этой сфере немало нюансов, связанных с механизмами разделения государственных и частных ТМО, а также с налогообложением и экологией. По данным Министерства по инвестициям и развитию, проработкой этих вопросов сейчас занимаются ответственные лица.

Что касается подземных вод, то здесь возникли разногласия по поводу того, будут ли они регулироваться Кодексом о недрах и кому за них следует отвечать. По мнению участников заседания, разведка должна рассматриваться в рамках Кодекса, подземные воды должны изучаться в объеме недр, потому что они являются главным фактором многих процессов в геологии, влияя на полезные ископаемые.

«У нас сейчас 120 контрактов на воду, а Минсельхоз выдал 35 000 разрешений на спецводопользование, - сообщил директор департамента недропользования МИР Тимур Токтабаев, - Разведка по воде вообще «выпала». Люди бурят скважины, а потом оформляют спецводопользование. Никто с нами это не согласовывает. Они не учитывают ни бассейны, ни дебиты».

По мнению Токтабаева, водные ресурсы должны регулироваться одним ведомством. Другие участники дискуссии высказали мнение, что один орган не сможет регулировать все водные вопросы.  Был приведен пример ЮАР, чье законодательство в части подземных вод является модельным. В этой стране принят единый закон, который регулирует предоставление земельных участков в части изыскательских работ для разведки и добычи воды. Этот процесс регулируется отдельным водным законом. В Австралии и многих других странах подземные воды также не регулируются законами о недрах. В результате участники договорились, что необходимо глубже изучить международный опыт в области разведки, добычи и изучения подземных вод. После этого будет обсужден вопрос регулирования этих сфер деятельности совместно с заинтересованными министерствами.

 Еще одной головной болью является проблема ликвидации отработанных рудников. Предложенные положения о заблаговременном размещении депозитов на рекультивацию рудников соразмерно масштабам добычи не устраивают многих недропользователей.

«Перспектива введения принципа «первый пришел, первый получил» сулит нам бум на рынке недропользования. Соответственно, появится огромное количество рудников, - считает юрист Тимур Одилов. - В мировой практике нет такого, что если недропользователь просто платит налоги или какие-то отчисления, то государство за него ликвидирует рудники. Принцип такой: раскопал, убери за собой. Государство занимается ликвидацией только в том случае, если недропользователь провалил свою программу ликвидации или обанкротился, и тогда государство через обеспечительные меры получает доступ к его деньгам и ликвидирует вместо него».

По нынешней системе рекультивации, предприятия должны отчислять средства в ликвидационный фонд, размещенный на депозите в казахстанском банке, при этом до 2009 года предоставлялась возможность налоговых вычетов. Сумма отчислений может уменьшаться на объем средств, которые недропользователь уже потратил на ликвидацию в соответствии с программой консервации по согласованию с уполномоченными органами. Основной минус текущей системы - она абсолютно не увязана со стоимостью работ по ликвидации. В других странах проблема ликвидации рудников также стоит достаточно остро. По некоторым сведениям, в США и Австралии имеется порядка 50 тысяч неликвидированных рудников, в Канаде их около 10 тысяч. Примерная оценочная стоимость ликвидации 15 тысяч рудников в штате Квинсленд в Австралии составляет 1 млрд австралийских долларов.

Разработчики кодекса считают, что решить эту проблему смогут только обеспечительные меры. Предлагается, что недропользователь при получении лицензии на добычу будет оценивать, исходя из планов по добыче, в какую сумму обойдется ему ликвидация в трехлетней перспективе, и на эту сумму будет вносить обеспечительный взнос. Она будет пересматриваться каждые три года, то есть, если за это время рудники не ликвидированы, то сумма будет расти.

«Такая система подстегнет недропользователя проводить ликвидацию в ходе добычи, - полагает Тимур Одилов. - Нынешний ликвидационный фонд абсолютно не решает эту проблему. Мы начали обсуждать эти предложения с индустрией в рабочих группах. Все понимают, что это вопрос социальной ответственности, но все говорят о дороговизне ликвидации».

Разработчики предлагают принять компромиссный вариант, когда государство создает режим «первый пришел», упрощает доступ недропользователей к недрам, вводит обеспечительные меры и снижает общую налоговую нагрузку. Кроме того, затраты на содержание и обеспечение должны пойти на вычет по КПН. Если компромисса не достигнут, то, по расчетам авторов законопроекта, в Казахстане через полвека тоже будет около 50 тысяч неликвидированных рудников.

Представители компаний-недропользователей высказывали опасения относительно того, что эти меры будут для них непомерной нагрузкой. «Деньги морозить нельзя!», - высказался один из них. Более того, у горняков возник вопрос о том, как быть компаниям, которым рудники достались как историческое наследие, ведь их ликвидация требует огромных затрат.

В результате этого витка дискуссии было предложено провести анализ международной практики по вопросу консервации участка добычи ТПИ вместо ликвидации, а также проработать совместно с предприятиями механизмы ликвидации на основе примерных расчетов этих работ для действующих и новых предприятий. Также необходимо проработать переходные положения от контракта к лицензии, в том числе с использованием ликвидационного фонда, считают представители отрасли.

Источник: АГМП